Вероятность прямого прихода к власти идеологии NRx под своим собственным именем равна нулю. Ни Кёртис Ярвин, ни Ник Лэнд никогда не станут президентами, а государства не переименуют себя в акционерные общества в обозримом будущем. Однако вероятность косвенного прихода NRx к власти через её элементы крайне высока. Идеи неореакции уже глубоко проникли в реальную мировую политику, трансформировавшись в концепцию «правого популизма на стероидах Кремниевой долины».

Текущие точки реального политического влияния

Неореакция побеждает не через выборы, а через влияние на умы людей, у которых есть миллиарды долларов и реальные рычаги власти. Влияние на администрацию Дональда Трампа: Джей Ди Вэнс (избранный вице-президентом США в связке с Трампом) открыто признавал влияние Кёртиса Ярвина на свои взгляды. Вэнс цитировал тезисы NRx о необходимости «заменить все государственные институты новыми людьми» (концепция Ярвина R3 — Replace, Redesign, Restructure).

Финансовый мост (Питер Тиль и Илон Маск): Миллиардер Питер Тиль годами спонсировал Ярвина и продвигал политиков новой правой волны. Илон Маск, управляя платформой X (Twitter), регулярно репостит и обсуждает аккаунты, близкие к движению NRx и акселерационизму (e/acc), фактически легализуя их терминологию в мейнстриме.

Сетевые суверенные анклавы: Модель «Государства-корпорации» уже тестируется в реальности. Примером служат проекты Prospera в Гондурасе (частный город с собственной правовой и налоговой системой) или инициативы по созданию искусственных островов (Seasteading).